О ВЕРЕ. (НЕТ, ЭТО НЕ О ЖЕНЩИНЕ).

Что есть ВЕРА для Вас?

Что есть ВЕРА для меня – я не могу ответить на этот вопрос. Ответить ясно, чётко и однозначно. И очень порадуюсь за тех, кто может это делать: просто и своими словами.

Была я сегодня в храме. Шла целенаправленно- хотела поблагодарить Святого Николая Чудотворца. Накануне просила его о помощи в одном, очень важном для меня, деле. Дело разрешилось самым лучшим образом, я такого результата даже и не ожидала.
Я шла в церковь с трепетом и приятным волнением. Чувство благодарности буквально переполняло меня.
Правил поведения в храме я не знаю. Прихожу по зову души. Иногда прям вот очень тянет.
Обхожу зал, рассматриваю иконы. Останавливаюсь возле той, что сердце подскажет. И беседую с ней. Прошу. Или благодарю. Прошу чаще. Бывает, плачу.
Сегодня я сразу знала, к чьей иконе мне нужно подойти.
Николая Чудотворца я увидела на иконостасе. С благоговением и радостью, я вступила на возвышение перед иконостасом, готовая к внутреннему монологу со словами благодарности. Накал эмоций был таким полным и искренним, что я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Мне казалось, что я сейчас с ним живым говорить буду. И не икону целовать, а его, живого обнимать, благодарить и плакать от счастья.
И тут чуть ли не бегом, приближается ко мне, работница храма. Знающая, что и как делать правильно, что можно, и чего нельзя. В храме стояла божественная тишина. Народу то всего я, ещё пару прихожан, две работницы и служитель (так мне показалось, он как-раз в этот момент в алтарь заходил). И тишина эта божественная разрывается громким: «ЖЕЕНЩИИИНААА! Нельзя сюда подходить!» Я спрашиваю: «Ну как же так? Мне его поблагодарить нужно!» Она: «Вы что?! Нельзя сюда подниматься!». Ощущение было такое, что она святого от врага защищает. Ну от меня, получается. Видимо, я опасность представляла. Или жуткий грех чуть было не совершила. Икону поцеловать решила. На иконостасе.
Все кто были в храме наблюдали за сценой.
-«Вы понимаете, мне нужно поблагодарить Николая Чудотворца. Очень нужно»
-«Вон там висит его икона. Туда и идите. Там, возле неё можно стоять».
Подошла я к той, в другом месте, иконе. Слёзы уже катились ручьем. Я смотрела на святого, шептала слова заветные. Почувствовала, что сбоку ко мне кто-то подходит. Я сразу поняла, что это тот служитель, который в алтарь заходил. Поворачиваюсь –он. Стоит со свечой и говорит мне:
- «Вы не огорчайтесь»
- «Да я не знала ведь, что нельзя туда. Так хотелось поблагодарить святого, он мне вчера очень помог. А я когда в другом храме была на крещении, видела, что крестящихся просили подойти и поцеловать иконы на иконостасе. Думала, что и мне можно»
-«Да я бы вам тоже разрешил, но вот… не огорчайтесь».
Какой милый человек. Душа чистая и сердце доброе. Голос тихий, мягкий. Проникает внутрь и успокаивает. Спасибо ему, этому милому и доброму человеку! Так мне подумалось.
Я повернулась к иконе. Смотрела, что-то говорила, плакала. Не знаю, не могу объяснить, почему, но слёзы лились сами. Хотелось восстановить ту связь со святым, которую я почувствовала, подходя к иконостасу. И слава Богу, это мне удалось.
Не знаю, пойду ли я ещё когда-нибудь в этот храм. Дело не в этом. Я найду место, где мне будет по душе. Может, это неправильно по тем канонам, которые так защищает эта женщина. Может быть. Но общаться с Создателем мне комфортней там, где душа чувствует единение с ним. Без всяких ограничений. Я и Он. Он и я.
Не могу осознать, для чего все эти правила, условности. Что значит «можно» и «нельзя», если душа человека стремится к вере, к общению с Творцом, его последователями?
Вот тут-то и возник у меня вопрос: что значит вера? Строгое поклонение правилам, ритуалам, или искреннее, душевное (духовное?) общение с Богом, со Святыми?
И сколько людей оттолкнут (а может, уже оттолкнули) от церкви такие «знающие» работницы. Есть у протоиерея Дмитрия Смирнова, глубоко уважаемого мною, запись программы «Беседы с батюшкой» на телеканале «Союз», где он называет таких женщин православными ведьмами (жёсткое название, на мой взгляд). Что задача у них- чтобы как можно меньше людей ходили в церковь.
Во всяком случае, в этот храм мне пока идти не хочется. Слава Богу, что есть другие храмы. И замечательные люди, которые, когда приходишь в церковь, и расскажут тебе, и покажут всё, что спросишь и не спросишь. И сделают это с такой любовью, что невольно проникаешься этой, их любовью к Богу, к людям. Атмосферой душевной, умиротворённой, и верой проникаешься. И есть желание приходить в этот храм ещё и ещё.